СОВЕТСКИЙ ПЕРИОД УЧИЛИЩА
Понедельник, 21.08.2017, 22:24
Меню сайта

Форма входа


Категории раздела
Оглавление [2]
Об училище [25]
Учителя и Воспитатели [29]
Выпускники [478]
Воспоминания выпускников [12]
Фронты [1]
Города-герои [11]
Герои СССР [6]
Горячие точки [2]
Орденоносцы [7]
Памятники [1]

Поиск

Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Статистика

    Онлайн всего: 1
    Гостей: 1
    Пользователей: 0

    Главная » Статьи » Воспоминания выпускников

    Стрельцов В.А.
    Стрельцов Василий Андреевич (1945 г.в.), Герой Советского Союза
     
    За ценой мы не стояли
      
    В 1941 году, когда немецко-фашистские войска вероломно напали на нашу Родину, я учился на третьем курсе водного техникума. Весь советский народ поднялся на защиту наших священных рубежей. Так, как мой год был непризывной, я подал заявление направить меня добровольцем на фронт для борьбы с немецко-фашистскими войсками. Но направили меня в город Хабаровск на курсы радиотелеграфистов.
    В октябре 1941 года, закончив курсы, я был направлен в истребительный отряд, действовавший на Северо-Западном фронте, и стал радистом. В составе этого отряда десятки раз совершал рейды в тыл врага. Воины-истребители громили тылы, крупные железнодорожные узлы, захватывали важные документы и «языков» противника. Отряд наш, которым командовал капитан Орехов, был хорошо вооружен и представлял грозную силу для врага. В январе 1942 года за образцовое выполнение приказа командования по разгрому двух гарнизонов в тылу врага меня вместе с другими сослуживцами наградили первой правительственной наградой – медалью «За отвагу».
    В истребительном отряде мне очень часто приходилось действовать с разведчиками. Мне нравилась их энергичная, быстрая, смелая и решительная работа, особенно разведчиков-саперов. Это – люди высокого долга и ответственности, недаром о них говорят: «Сапер ошибается один раз». Я также решил переквалифицироваться, стать сапером-разведчиком. Хотелось и самому всегда продвигаться впереди, прокладывая путь войскам в минно-взрывных заграждениях или же преграждать пути противнику.
    В мае 1942 года, освоив новую боевую специальность, изучив свои мины и мины противника, я стал сапером-разведчиком 280 саперного батальона 163 стрелковой дивизии.
    В июне 1943 года наша дивизия была переброшена на Курскую дугу. К тому времени наше командование уже хорошо знало, что немецко-фашистские захватчики готовятся на Курской дуге к крупному наступлению. Немцы не только хотели взять реванш за поражения под Москвой, Ленинградом, Сталинградом, но и в пропагандистских целях стремились показать всему миру, что они еще сильны и способны вести наступательные операции.
    Наша дивизия занимала оборону в районе населенных пунктов Ольховатка и Поныри. В это время мне уже было присвоено воинское звание сержант и я командовал отделением саперов-разведчиков. Зная намерения немцев, мы вели кропотливую работу по созданию глубоко эшелонированной обороны. День и ночь на передовой и в глубине нашей обороны саперы устанавливали противотанковые и противопехотные минные поля, перекрывая все танкоопасные направления. Только воины отделения, которым мне довелось командовать, установили около 3 000 противотанковых и более 4 000 противопехотных мин.
    Находясь в обороне, все подразделения и части упорно занимались боевой учебой, отрабатывая порядок отражения атак противника, прорыва немецких танков. Немцы забрасывали нас листовками, в которых писали, что у них появилась новая техника, перед которой никому не устоять. Но мы в это уже не верили. Командиры обучали нас, как уничтожать прорвавшиеся танки противника противотанковыми гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Кроме этого, мы учились преграждать путь немецко-фашистским танкам противотанковыми минами.
    25 июня 1943 года, в середине дня, меня вызвал к себе в землянку командир батальона майор Арабаджиев. В землянке находился командир взвода общевойсковой разведки. Майор отдал приказ, чтобы я с группой в 5 человек поступил в распоряжение общевойсковой разведки, отправляющейся в поиск для захвата языка. Я отобрал моих верных товарищей, с которыми неоднократно бывал уже в подобных действиях – ефрейтора Силантьева, рядовых Воронова, Таракановского и Джафарова. Это были опытные и смелые саперы-разведчики. Вооружившись всем необходимым и взяв продовольствие, мы убыли на передовую. Перед отправкой, как всегда, нас обняли командир батальона и комиссар, пожелав нам возвратиться обратно, выполнив поставленную задачу и непременно целыми и невредимыми. На передовой мы обсудили с командиром взвода план подготовки и действий по захвату «языка». Готовились долго, напряженно. В составе группы, состоящей из 5 человек (командир взвода, один из его сержантов, ефрейтор Силантьев, разведчик с аппаратурой и я) через проходы в наших минных полях, проделанные нами же, мы выползли на нейтральную полосу поближе к проволочным заграждениям противника по заранее выбранным с нашей обороны маршрутам. Замаскировавшись, стали вести наблюдение, изучать оборону противника. В течение двух суток мы вели непрерывное наблюдение за обороной противника и его действиями. Нам удалось хорошо изучить, где выставляются часовые, когда они сменяются, где расположены блиндажи, ходы сообщения, огневые точки, где минные поля и где наиболее близ­ко подходит к траншеям противника проволочное заграждение. Тут же было намечено, где нам сделать проходы, и в каком месте снять часового. Возвратившись в расположение своих войск, мы провели еще раз со всеми разведчиками рекогносцировку с нашего переднего края. Были намечены ориентиры, с таким расчетом, чтобы их можно было увидеть и ночью. В тылу провели занятия с нашими группами по захвату «языка». Вся разведгруппа была поделена на группу захвата из 4 человек, группу поддержки из 5 человек и группу обеспечения из 3 человек. Мы с ефрейтором Силантьевым входили в группу захвата.
    28 июня в 22 часа 30 минут подползли к нейтральной полосе и двинулись по намеченному маршруту, соблюдая все меры предосторожности. Нейтральная полоса в этом месте составляла 250-300 метров. Примерно в 24 часа был проделан проход в минном поле и проволочном заграждении. Группа обеспечения заняла свою позицию, а мы двинулись дальше, чтобы снять часового. Гитлеровцы очень часто освещали местность ракетами, поэтому продвигаться было затруднительно. Когда подползли к первой траншее, залегли. Немецкий часовой прошел возле нас вправо по траншее метров 100, выпустил осветительную ракету, постоял и двинулся в нашу сторону. К тому времени мы уже находились в траншее. Когда часовой поравнялся с нами, набросились на него, вставив в рот кляп, связали и передали группе поддержки. Затем пустили осветительную ракету, как это делал часовой, всей группой захвата быстро вышли к двум блиндажам немцев и забросали их противотанковыми гранатами. Произошли сильные взрывы. Тут только немцы и всполошились. Они открыли сильную, беспорядочную стрельбу, стали беспрерывно освещать местность ракетами. Но было уже поздно. Подхватив двух раненых, мы перебежками достигли проволочных заграждений, благополучно проползли через минные поля и вскоре оказались на нейтральной полосе. По нашим расчетам, группа поддержки вместе с языком должна была быть уже в наших траншеях. Это предположение подтвердилось. К 8 часам утра «язык» был доставлен в штаб. Немец сообщил, что на передовую прибыли новые части врага, которые сразу же начали готовиться к наступлению.
    4 июля при установке минных полей перед передним краем мы столкнулись с гитлеровской разведкой, которая пыталась проделать проход в наших минных полях. Командир взвода решил захватить немецких разведчиков в плен. Мне, рядовым Таракановскому и Холину было приказано зайти немцам в тыл и отрезать отход всей группе. При осуществлении этого маневра немцы нас обнаружили и открыли огонь. Пришлось и нам ответить тем же. Услышав стрельбу, гитлеровцы открыли сильнейший, беспорядочный ружейно-пулеметный и артиллерийский огонь с переднего края обороны. В этой перестрелке мы убили двух немецких разведчиков, а одного, тяжело раненного, удалось захватить в плен. Он также, сообщил ценные сведения, по всему чувствовалось, что назревают большие события. К тому времени было ясно, что немцы вот-вот перейдут в наступление. Но советское командование противопоставило гитлеровским планам свой план. Он заключался в том, чтобы упредить врага в начале наступления.
    4 июля у нас были проведены партийные и комсомольские собрания. Мы приняли решение подготовить себя и боевое оружие так, чтобы не пропустить врага ни на шаг. В решении партийного собрания, например, мы записали, что коммунисты будут везде первыми и покажут личный пример в боях с немецко-фашистскими оккупантами.
    В ту ночь каждый готовил себя для боя, воины проверяли оружие, боеприпасы. А ночь была теплая, тихая. Изредка взлетали ракеты, раздавались очереди пулеметов. В ту ночь мы спали тревожно. В три часа ночи раздался страшный грохот артиллерийской канонады. Это заговорила наша артиллерия. Казалось, что ходуном заходила вся земля. Гитлеровцы были ошеломлены этой контрартиллерийской подготовкой и долго не могли ответить огнем.
    Примерно в 4.30-5 часов утра немцы начали, наконец, свою артиллерийскую подготовку, а часов в 6 пехота и танки атаковали наши позиции. Разгорелись ожесточенные бои. Наши воины стояли насмерть. Солдаты, сержанты и офицеры были полны решимости драться до последнего, но не пропустить ни одного немецкого танка. Нам нужна была только победа и за ценой мы не собирались стоять. За 5 и 6 июля гитлеровцам удалось на некоторых участках оттеснить нас не более чем на 4 километра.
    Взводу, которым я командовал, было приказано действовать в подвижном отряде заграждения и преграждать путь прорвавшимся немецко-фашистским танкам. 7 ноября нам пришлось участвовать в отражении ожесточенных атак танков и пехоты противника в районе населенного пункта Поныри. Здесь, в Курской битве, нашему взводу впервые пришлось встретиться один на один с танками «Тиграми», «Пантерами» и САУ «Фердинанд». Но эти бронированные чудовища нас не пугали. Только на минах, установленных нами, подорвалось 18 танков и самоходных установок врага. В этих боях погибли и 5 моих боевых товарищей.
    8 июля совместно с противотанковым резервом мы были переброшены в направлении Ольховатки, где немцы бросили в атаку до 500 «Тигров» и самоходных установок. С утра до вечера мы устанавливали мины. Действовать приходилось одновременно на четырех направлениях, где прорывались фа­шистские танки. На одном из направлений, где вел бой истребительно-противотанковый резерв наших войск, стоял сплошной лязг гусениц; в небо поднималось густое облако пыли и гари; было трудно дышать. Такого за все время участия в Великой Отечественной войне я больше никогда не встречал.
    Когда мы прибыли в указанный район, командир истребительно ­противотанкового полка поставил нам задачу и указал на каком направлении преградить путь движения немецко-фашистским танкам. Трудно было разобраться в сложной обстановке. Командир роты капитан Попов А.И. указал нам направление минирования, и мы приступили к установке мин. Впереди нарастал гул моторов и лязг гусениц. В нашу сторону двигались гитлеровские танки. Минут через 40 из-за пыли и гари показались громадины со зловещими крестами на башнях. Они шли прямо на нас. Мы продолжали устанавливать мины внаброс. Заметив нас, гитлеровские танкисты открыли огонь из пулеметов и орудий. Командир роты выпустил в направлении танков красную ракету. Это означало, что все мы должны были короткими перебежками укрыться в траншеях.
    В это время я устанавливал мину. Когда поднял голову, увидел, как впереди колыхалась стальная громадина, плясал черный крест с белой каемкой. «Тигр» двигался прямо на меня. Я взял две оставшиеся мины и быстро пополз к воронке, которая находилась в 10 метрах от траншеи. В воронке стал снаряжать очередную мину. «Врешь, ползучий гад, все равно сломаешь стальные зубы». Не успел я закончить снаряжение мины, как под стальной громадиной произошел взрыв. Танк нарвался на одну из мин, установленную мною, и закружился на одном месте. Я выбросил вперед еще две мины и быстро перебежал в траншею.
    Когда привел себя в порядок и приготовил гранаты, увидел, как из-за подорвавшегося «Тигра» вылезла «Пантера» и двинулась к нашей траншее. Но ей не суждено было дойти. Раздался взрыв мины, обдав горячей взрывной волной и комьями падавшей земли. «Пантера» вздрогнула и замерла на месте. Справа от нее надвигался на нашу траншею еще один танк. Мы с пехотинцем присели в траншее и пропустили его через себя. Затем метнули в него гранату и бутылку с горючей смесью. Танк вспыхнул, из него начали выскакивать гитлеровцы. Мы тут же открыли по ним огонь и всех уничтожили. Бой гремел справа и слева от нас. Пехота и саперы продолжали уничтожать танки гранатами и жгли их бутылками с зажигательной смесью. Около 20 танков осталось гореть на минах, установленных нами на этом направлении. В этом бою геройски погиб мой лучший друг Борис Таракановский, с которым мы вместе учились в техникуме, а также рядовые Воронов, Холин и многие другие. Все советские воины продемонстрировали высокое мастерство, мужество и отвагу. Многие из них были награждены орденами и медалями. Я за эти бои был награжден орденом Красной Звезды.

    3 августа наши войска прорвали оборону немцев и погнали их к Днепру. Преследуя врага, мы освобождали город за городом: Гайворон, Ахтырка, Сумы, Прилуки. Наша дивизия вышла к Днепру напротив города Киева, в районе Дарницы. Мы захватили большое количество пленных и трофейной техники. Началась подготовка к форсированию Днепра. Немцы взорвали все мосты и переправы, уничтожили все, что могло плавать на воде.
    С 15 по 20 сентября мне с группой солдат трижды пришлось перебираться на противоположный берег, выбирая место для переправы. Вскоре оно было выбрано – ниже по течению, километрах в 12 от Киева. Здесь была широкая открытая пойма, а на противоположной стороне – остров с неглубокой протокой. Мы сразу же стали готовить лодки, мастерить плоты из лодок для переправы артиллерии и другой техники. Все работы вели скрытно, т.к. имелся строгий приказ, чтобы в этом месте днем никакого движения не было. Ночью же соблюдалась строжайшая маскировка. Гитлеровцы открывали ураганный огонь по любому скоплению войск.
    Как всегда, немцы забрасывали нас листовками. Они уверяли, что форсировать Днепр нам не удастся и что эта великая река станет границей России с Германией. Но наши воины не верили этой брехне. Каждый стремился как можно быстрее оказаться на противоположном берегу, чтобы гнать ненавистного врага дальше на запад.
    Для форсирования Днепра наше командование отобрало добровольцев. В ночь с 22 на 23 сентября сержант Овсяников, ефрейтор Силантьев, рядовой Аникин и я осторожно снесли лодки к урезу воды. Нам помогали разведчики, вместе с которыми мы и отчалили на противоположный берег, занятый врагом. Многие из нас выросли на реках, умели хорошо управлять лодками, поэтому плыли быстро. Берег, занятый противником, молчал. Как видно, немцы спокойно отдыхали. Миновав самое быстрое течение, мы постарались как можно ближе сблизить свои лодки. Вскоре под днищем мягко зашуршала галька. Разведчики быстро выскочили в воду перед островком и придержали лодки. Я же начал проверять местность на наличие мин. Эта предосторожность не была излишней. Meтрах в 5 от уреза воды удалось обнаружить противопехотную прыгающую мину-лягушку, как мы ее называли «шпринг-мина» с усиками. Мы приступили к разминированию местности, а разведчики заняли оборону. Сняли около 60 мин. Образовался проход, через него мы и пропустили разведчиков. Когда разведчики пересекли островок, мы пропустили их через протоку, затем сразу же бросились к своим лодкам, что бы подбросить подкрепление.
    Гитлеровцы обнаружили наших разведчиков, начали пускать ракеты. От них стало светло, как днем. Фашисты открыли яростный огонь по реке, нашему берегу и горстке разведчиков. Не обращая внимания на разрывы снарядов и свист пуль, мы совершали рейс за рейсом, перевозя личный состав, орудия и боеприпасы.
    От прямого попадания снаряда в лодку погиб мой второй друг ефрейтор Силантьев. Но ничто не могло остановить наших солдат. Вода от разрывов снарядов кипела, как в котле. На одном из рейсов у меня взрывом опрокинуло лодку. На помощь подоспел рядовой Аникин, держась за его лодку, я благополучно добрался до берега, где была разбита еще одна лодка, погиб сержант Овсяников, но, несмотря на потери, переправа продолжалась.
    Когда я вернулся на свой берег, командир батальона приказал мне перейти на паром, оборудованный из двух саперных лодок. Он стоял уже на воде, и на него была погружена 76 мм пушка. Через 30-40 минут мы достигли противоположного берега, но паром не мог близко подойти к нему, пришлось буквально на руках выносить пушку на берег. Следом на лодке был подброшен расчет и снаряды. Мы поплыли за следующим орудием, но когда переправляли третью пушку, метрах в 30-40 от берега, пробило одну из лодок. Паром стал медленно тонуть, пришлось срочно организовать откачку забортной воды. К счастью вскоре под веслом почувствовался грунт. Я приказал расчету спрыгнуть в воду и оттянуть паром к мелкому месту. Орудие было спасено.
    Трое суток без сна и отдыха, под непрерывным огнем врага, мы переправляли на плацдарм войска и артиллерию. За это время я совершил 16 рейсов через Днепр.
    Вторично форсировать Днепр пришлось в районе г. Выжгород.
    4 ноября вместе с разведкой я уже действовал на окраине г. Киева, снова прокладывая путь нашим войскам.
    6 ноября столица Украинской ССР была полностью освобождена от немецко-фашистских захватчиков.
    За мужество и отвагу, проявленные при форсировании Днепра, мне и рядовому Аникину было присвоено звание Героя Советского Союза, а сержанту Овсяникову и ефрейтору Силантьеву это высокое звание было присвоено по­смертно.

    Мне еще не раз доводилось участвовать в ожесточенных боях. Мои скромные боевые дела были отмечены еще несколькими правительственными наградами.
    Как и все воины-фронтовики, я горжусь, что принимал участие в Великой Отечественной войне и смог внести свой скромный вклад в дело достижения победы над немецко-фашистскими захватчиками.
    В рядах любимой Советской Армии я прошел славный путь от рядового до полковника, от солдата до командира части, а сейчас являюсь начальником военной кафедры высшего учебного заведения.
     
    Материал предоставил А.В. Стрельцов
     
    Категория: Воспоминания выпускников | Добавил: 2051 (09.12.2011)
    Просмотров: 528 | Рейтинг: 5.0/1
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Copyright MyCorp © 2017
    Конструктор сайтов - uCoz